Архимандрит киприан (керн). патрология

      Комментарии к записи Архимандрит киприан (керн). патрология отключены

Архимандрит киприан (керн). патрология

Создано 13 Декабрь 2016
Введение. объём и Понятие науки. Деление христианской литературы на периоды. История науки на Западе и у нас. История Патрологической науки в Российской Федерации. Издания святоотеческих творений. Доникейская Патрология. Первохристианство.

Вымышленная Литература. Глава I. Вымышленные Евангелия. Вымышленные Деяния.

Вымышленные Послания. Вымышленные Апокалипсисы. Глава II. Литература Двух Дорог. Учение двенадцати апостолов. Открытие монумента. Внешний вид монумента. Источники, влияния, место и автор написания.

Содержание монумента. Мужи Апостольские. Глава III. Святой Климент Римский. Первое Послание к Коринфянам. Так именуемое Второе Послание Климента. Псевдо-Климентины. Глава IV. Послание Псевдо-Варнавы.

Глава V. Пастырь Εрма. Глава VI. Святой Игнатий Богоносец. Глава VII. Святой Поликарп Смирнский. Папий Иерапольский. Апологеты. Глава VIII.

Неспециализированные замечания. Квадрат. Аристид. Аристон Пелльский. Глава IX. Святой Мученик Иустин Философ. Богословие св. Иустина Философа.

Глава X. Татиан Ассириец. Diatessaron. Ермий Философ. Милтиад. Аполлинарий Иерапольский. Глава XI. Афинагор. Мелитон Сардийский.

Письмо к Диогнету. Святой Феофил Антиохийский. Глава XII. Африканская Литература. Глава XIII. Феликс и Марк.

Глава XIV. Учение Тертуллиана.
Введение.
объём и Понятие науки.
В кругу научных дисциплин, входящих в программу богословского образования, особенное место в собственности Патрологии. Для правильного определения понятия данной объёма и науки её содержания нужно предварительно подметить следующее.
Возможно данной дисциплине дать определение Истории христианской богословской письменности. Как таковая она образовывает предмет изучения некоторых ученых, как к примеру хороший труд Барденхевера, История древнехристианской литературы, либо же История греческой христианской литературы Г. Барди, такая же трехтомная история А. Пюэша, История латинской христианской литературы П. де Лабриолла и другие.

Но границы для того чтобы понимания науки пара превышают количество Патрологии и сами по себе не хватает устойчивы. В понятие последней, как показывает само наименование, в обязательном порядке входит учение об Отцах Церкви. Так и выяснил собственный изучение отечественный историк и отечественный догматист, епископ Черниговский Филарет (Гумилевский). Из этого направляться необходимость уточнения понятия Отца Церкви.
Для римо-католической науки понятие святой папа должно удовлетворять таким требованиям: православность учения святость судьбы признание Церковью древность
В отличие от них церковными писателями являются все богословские писатели древности, кроме того и без показателей православности и святости, в то время как под понятие церковного преподавателя подходит создатель, не имеющий за собою древность, но владеющий выдающейся ученостью (эрудицией) и Церковью особливо провозглашенный таковым.
Проф. Η. Η. Глубоковский говорит, что понятие отечества, как такового, заключает в ‘себе основную идею преемственной передачи церковного достояния по духовному восприятию для хранения, развития, и обогащения в последовательном прогрессе христианской судьбе […]. В патристической традиционности имеется что-то кардинальное, что есть абсолютным и принудительным, и только мерою соответствия ему определяется преимущество личного участия в общем перемещении.

Этим началом помогает идущее от Христа и Апостолов Предание в раскрытии Писаний, — Предание священное, допускающее не изменение либо улучшение, но лишь согласное с ним плодотворное применение и истолкование к интеллектуально-жизненным потребностям каждой забранной современности. […] Церковно-литературное отечество не редкость по преимуществу общецерковным голосом, где частные мелодии собственной совокупностью должны помогать гармонии целого, воплощать всю полноту и высказывать все оттенки постоянной традиционно-вдохновенной музыки. Из этого с неизбежностью вытекает дальше, что тут всякое уклонение устраняется из последовательности, косвенно подкрепляя его незыблемую солидарность, все же персональное приобретает исторически-обусловленный темперамент собственного построения и личного комментария. Посему в патриотическом преемстве самый серьёзен доктринальный момент со стороны постепенного раскрытия христианской истины в широту и глубину, в то время, когда каждый папа необходим по несомненному догматическому свидетельству, авторитетен по собственному проникновенному церковному изъяснению и субъективен по личному разумению.
Так в круг изучаемых Патрологией христианских писателей входят все же не одни лишь отцы, какие конкретно бы мы ни предъявляли к ним требования, но и другие авторы христианской письменности. Проф. К. Д. Попов показывает, что эта наука названа Патрологией не вследствие того что она обязывалась сказать об одних лишь Отцах Церкви, — она обнимает всех древних церковных писателей, — а вследствие того что св. Отцы — носители, свидетели, защитники и истолкователи откровенной истины в таком виде, в каком она сохранилась в Церкви, — составляют основной и значительнейший элемент её — Патрологии.
Потому, что эта дисциплина изучает в историческом нюансе постепенное развитие, либо лучше, раскрытие христианской церковной мысли, выраженной будь то отцами, преподавателями либо легко писателями церковными, то для верного её направления и построения нужно постоянно иметь в виду основную движущую силу и воодушевляющее начало в этом ходе — саму Церковь.
Отсюда вытекает с несомненной ясностью, как тяжело, дабы не сообщить нереально, установить пределы времени для данной науки, либо, что то же, для самого процесса раскрытия, для самой церковной письменности. Отечественный историк архиеп. Филарет превосходно правильно говорит: Как Церковь Христова будет существовать до скончания мира, так до скончания мира будут являться в ней для потребностей Церкви избранные орудия Духа Божия. […] Так во всех столетиях смогут быть мужи с качествами, нужными для Отцов Церкви, и мнения людские, назначающие то VI, то ХШ век, не имеют основания себе в предмете.
Иными словами, поскольку Церковь всегда живёт мистической судьбой Богочеловеческого Тела Христова, то и церковная идея не остановилась в ней, а продолжает и дальше собственный развитие. Это значит, что изучать эту идея нужно не ограничивая её лишь периодом хороших богословских споров либо мировых соборов, а попадая и в позднейшие столетия византийской письменности, давшей Церкви таких великих преподавателей, как преп. Симеон Новый Богослов либо св.

Григорий Палама (т.е. XI и XIV века).
При уточнении количества отечественного предмета нужно иметь в виду и ту отличие, которую делают между Патристикой и Патрологией. На первый взгляд это одинаковый предмет, но в научном словоупотреблении принято избегать смешивания этих понятий. В программах отечественных духовных школ в XIX в. время от времени (при обер- прокуроре графе Протасове) в отечественных Академиях преподавалась Патристика, в то время как по последнему уставу 1910 г. она была заменена Патрологией.
Под именем Патристики принято обыкновенно осознавать систематическое изложение догматических и иных богословских воззрений данного церковного отца. Исходя из этого Патристика возможно в известной мере осознаваема как историческое изложение таких совокупностей, т.е. как история догмы. Ударение так ставится по преимуществу на их систематизацию и содержание произведений.
Патрология, в противоположность этому, занимается в основном: личностью самого писателя и, в случае если необходимо, его биографией, каталогом его произведений, установлением их подлинности, выяснением вероятных влияний либо заимствований из вторых писателей.
Исходя из этого Патрология имеется наука по преимуществу историко-критическая. влияние личности и Выражение автора его среды и эры имеют в Патрологии особенно серьёзное значение.
Деление христианской литературы на периоды.
Выше было указано, что установление предела истории христианской богословской мысли совсем искусственно а также противоречит пониманию Церкви как живого Тела Богочеловека. С такой же искусственностью приходится дробить эту историю на периоды. Деления эти порядка чисто педагогического, схоластического и потому условного. Они нужны для более усвоения предмета и успешного прохождения, но не должны быть осознаваемы непременно.

Архиеп. Филарет дробил историю христианской письменности на π я т ь периодов: до 312 г.; от 312 г. до 620 г., охватывающий период расцвета богословского просвещения в эру мировых соборов; охватывает время от 620 г. до 850 г., т.е. эру борьбы с иконоборцами и мухамеданами; ограничивается 1453 г., т.е. взятием Царьграда и финишем Византии; и наконец, период, охватывающий время по окончании падения Византии.
Из этого видно, что для архиеп. Филарета не существует предела времени для изучения церковных богословских произведений.
Католический патролог Тиксерон дробит историю христианской мысли на три периода: до 313 г.; до смерти папы Льва Великого, т.е. до 461 г.; период декаденции мысли, т.е. до 636 г. на Западе и до 750 г. на Востоке.
То же деление проводит и германский католический патролог Раушен.
Так же дробят Патрологию и Барденхевер, и доктор наук Афинского Университета Баланос. По-видимому, это установившееся на Западе деление. Но нельзя не выразить сожаления, что эта наука так скоро усматривает упадок святоотеческой мысли. Со времени появления Ареопагитиков (VI в). и произведений для того чтобы только возвышенного писателя, как св.

Максим Исповедник, начинается новая эра в развитии византийской мысли. Святым Иоанном Дамаскиным она не может быть закончена, поскольку названные произведения VI столетия влияют не только на ближайших современников, но и на всю последующую литературу поздней Византии. Св. Иоанн Дамаскин не печать и не предел отцов. И по окончании него богословская идея не прекратила быть плодотворной.

Это особенно светло обнаружилось в эру исихастских споров XIV века, богословское наследие которых на большом растоянии еще не создано в наши дни.
История науки на Западе и у нас.
В большинстве случаев в науке показывают на блаж. Иеронима как на первого патролога. В собственном произведении О превосходных мужах он дает перечень и обзор жизни 135 христианских писателей, в число коих им включены и Филон, и Иосиф Флавий, и Сенека. Работу блаж. Иеронима продолжали Массийлийский пресвитер Геннадий в V в. и Исидор Севильский в VII в. Особенное значение для восточного богословия имело известное произведение патр.

Константинопольского Фотия Библиотека, либо, по-гречески, Μυ&семь дней;ι?6ι6λον. В этом монументе собраны имена, а частично и краткие отрывки из 280 языческих и христианских произведений.
Очень нужно отметить всю работу бенедиктинских монахов конгрегации св. Мавра (Мавристы), собиравших и издававших святоотеческие тексты. направляться упомянуть о трудах Беллармина, Дю Пэна (О церковных писателях).

В XVIII же веке выходит История священных и церковных писателей Реми Селлье.
Среди протестантов выдаются Кав, История церковных писателей, Комментарий о писателях церкви Казимира Удина в 3-х томах, и 12-томная Греческая Библиотека Фабриция.
На Западе выделяются следующие труды (именуем лишь особенно узнаваемые):
Католические труды:
На немецком языке:
— J. A. MOHLER, Patrologie, oder christliche Literargeschichte. Vol. 1, Regensburg 1840.
— J. FESSLERJnstitutionesPatrologiae … 2 t., Oeniponte, 1850-1851.
— O. BARDENHEWER:
— Patrologie, Зе изд., 1910.
— Geschichte der altchristlichen Literatur. 5 тт, 2е изд. Freiburg / Breisgau, 1913-1932.
— G. RAUSCHEN — B. ALTANER, Patrologie. Freiburg, 1931. На французском языке направляться упомянуть:
— J. TDCERONT, Precis de Patrologie, 13e изд., Paris, 1942.
— F. CAYRE, Precis de Patrologie. 2 тт., 1927-1930.
Среди протестантских трудов непременно первое место в собственности работам наибольшего германского церковного историка Харнака: A. von HARNACK, Geschichte der altchristlichen Literatur bis Eusebius. I Band: Die Ueberlieferung und derBestand, Leipzig, 1893. Π Band: Die Chronologie, Leipzig, 1897-1904.
Помимо этого, под его редакцией в течение многих лет выходила серия изучений по историческим и патриотическим вопросам: Texte und Untersuchungen zur Geschichte der altchristlichen Literatur, в Лейпциге, где был напечатан последовательность наибольших монографий и статей.
В будущем будут указаны самые известные издания святоотеческих текстов, а сейчас обратимся к истории Патрологии в Российской Федерации и на Востоке.
науки и История в Российской Федерации.
В программах преобразованных русских духовных школ в начале XIX в. Патрология не преподавалась как отдельный предмет. Она поглощалась историей Церкви и частично Священным Писанием и Догматикой, в то время, когда необходимо было обосновать святоотеческими мнениями то либо иное вероучительное положение либо истолкование священного текста.

Только при пересмотре учебных планов и программ в 1839 г. в духовных семинариях была введена новая дисциплина под именем Историко-богословское учение об Отцах Церкви. Св. Синод запросил все три Духовные Академии (Казанская еще не существовала как Академия) о программе преподавания. Академии подали собственные конспекты в Синод. Митр.

Филарету Столичному было поручено их рассмотрение. Он дал собственный вывод, указав на кое-какие неточности и недочёты предложенных конспектов. В частности, митрополит предлагал не ограничивать последовательность Отцов святителем Димитрием (Ростовским), а включить в программу преподавания и св.

Тихона Воронежского.
Так, в 1841 г. Синод выяснил ввести во всех трех Академиях особенный предмет — Патристику. Текущий год и обязан принимать во внимание началом отвлечённого преподавания этого предмета в русских духовных школах.
Либеральные веяния 60-х годов, приведшие к новому отвлечённому уставу 1869 г., отразились и в интересующей нас области. Петербургская Духовная Академия обнаружила вероятным без ущерба для полноты богословского образования совсем исключить из крута преподававшихся наук Патрологию, пастырское богословие и гомилетику. Но благодаря умному обер-прокурору гр.

Д. А. Толстому удалось все же данный предмет отстоять, и Патристика преподавалась на историческом отделении реформированных Духовных Академий. Устав 1884 г. ввел Патристику в число предметов общеобязательных. По последнему уставу 1910 г. данный предмет называющиеся Патрологии не только остался на своем месте, но кроме того разделился на две кафедры, подобно Священному Писанию обоих Заветов.

За 75 лет существования данной кафедры в стенках отечественных славных Духовных Академий Патрология продемонстрировала богатые руководители и научные результаты данной кафедры украсили ризницу отечественного знания богатыми монографиями, полезными статьями в ученых сборниках и журналах и некоторыми учебными управлениями для студентов. Нужно перечислить ученых, потрудившихся в данной области и указать на самые интересные изучения в исторической науке о святых отцах.
В Санкт-Петербурге Духовной Академии в 1841 г. Патристику преподавали на старшем отделении о. И. Колоколов, а на младшем бакалавр И. И. Лобовиков. Преподавание данной науки шло совместно с преподаванием греческого языка, дабы дать студентам возможность тут же просматривать в подлиннике святоотеческие творения. Колоколов преподавал Патристику всего два года, в то время как Лобовиков объединил в собственных руках целый предмет и просматривал его до 1848 г., в то время, когда он покончил с собой.

Данный одаренный учитель не смог, само собой разумеется, покинуть капитального исследования тогда еще юный у нас дисциплины, но однако плодом его педагогических трудов и учёных изысканий остались литографированные студентами лекции. Он, начиная с апостольских мужей, доводил собственные лекции до св. Фотия Константинопольского, обнимая в них произведения 32 отцов и писателей Церкви.

Помимо этого, в Христианском Чтении за 1846 и 1848 гг. им были напечатаны две статьи по Патрологии.
Его заменил на отвлечённой кафедре бакалавр о. П. Колоссовский, ведший преподавание этого предмета пять лет (1848-1853). По окончании него в течение двух лет (до 1855 г). эту дисциплину преподавал иеромонах Асигкрит (Верещагин), по окончании которого ее просматривал П. И. Шалфеев в продолжение семи лет (1855-1862). Курса собственного он не написал и по большому счету не покинул заметного следа, не считая нескольких статей в других журналах и Христианском Чтении.

По окончании его смерти (26 июня 1862 г). в течение двух лет (1862-1863) кафедру Патристики занимал П. А. Лебедев, а по окончании него — Л. А. Павловский с 1863 по 1871 г. Доцент А. А. Приселков пробыл на данной кафедре 11 лет (с 1873 по 1884) т.е. до введения нового устава. Он приготовил к этому времени собственную диссертацию о Первом послании Климента к Римлянам, но заболел. Его заменил ненадолго Н. И. Барсов (1884-1887), по окончании чего Приселков возвратился, но 29 ноября 1887 г. скончался, не успев обезопасисть собственной диссертации.

С 1888 по 1905 г. Патристику преподавал в столичной Академии Т. А. Налимов, потом протоиерей и первый и единственный избирательный ректор по окончании революции 1917 г. Налимов, не обращая внимания на долгое нахождение на кафедре, не покинул никакого вклада в науку о свв. отцах. С 1905 по 1917 г. преподавание данной дисциплины было в руках проф. Н.И.

Сагарда, большое количество поработавшего в области Патристики и в частности в издании некоторых творений св. Григория Чудотворца. В 1910 году была создана вторая кафедра по Патристике, которая была предоставлена А.И. Сагарда, брату Николая Ивановича. А. И. Сагарда трудился над произведениями Климента Александрийского и занимался новым переводом творений св.

Иоанна Дамаскина. Революция положила финиш его ученой работе.
Первыми учителями Патристики в Столичной Духовной Академии были: иеромонах Евгений (Сахаров-Платонов), занимавший эту кафедру лишь два года (1841-1842), иеромонах Илларион (Боголюбов) с 1842 по 1848 гг., иеромонах потом архиеп. Ярославский Леонид (Краснопевков), пробывший на кафедре также лишь два года (1848-1849) и И. И. Побединский-Платонов (1850-1852), по окончании которого данный предмет вел в течение девяти лет (1852- 1861) иеромонах Порфирий (Попов).

За ним два года (1861-1863) преподавал Патристику В. И. Боголепов и семь лет (1864-1871) А. А. Смирнов. Двадцать один год эта кафедра была занимаема о. А. Мартыновым (1872-1893); двадцать четыре года (1893-1917) проф. И. В. Поповым, которому был под самый финиш ветхого режима прикомандирован для второй кафедры иеромонах Пантелеймон (Успенский).

Такая нередкая смена учителей не имела возможности не отражаться пагубно на ведении педагогического дела. Доктор наук, чуть успевал мало войти в сущность преподаваемого им предмета, как его переводили на другую дисциплину, либо он покидал работу, становился архиереем, ректором семинарии, либо же . Память сохранилась у студентов лишь о иером.

Порфирии (Попове), рано погибшем от чахотки в Риме, об о. А. А. Смирнове, много писавшем в Православном обозрении, к тому же об о. А. Мартынове. Последний имел возможность бы дать больше, чем он дал, если судить по количеству совершённых им на кафедре лет. В лице И. В. Попова Столичная Академия наконец увидала настоящего в европейском смысле ученого — патролога.

Его краткий конспект лекций, статьи в Богословском Вестнике и громадная работа о блаж. Августине стоят выше всякой похвалы.
В Академии Киевской первым учителем был иером. Михаил (Монастырев), только что, в 1841 г., окончивший курс наук в Академии. Он просматривал данный предмет до 1844 г., по окончании чего в течение двух лет (1844-1846) кафедра эта занимаема была В. И. Аскоченским, покинувшим по себе недобрую память за полемику с архим.

Феодором (Бухаревым). По окончании Аскоченского данный предмет три года читаем был Н. А. Фаворовым (1846-1849), перешедшим после этого на Гомилетику и передавшим Патристику Н. И. Щеголеву, занимавшему эту кафедру с 1849 по 1857 гг.
С 1857 г. Патристику просматривал проф. К. И. Скворцов. Он напечатал в Воскресном Чтений последовательность выдержек из собственных лекций, в основном из раннехристианской письменности. В Трудах Киевской Духовной Академии им напечатаны статьи Учение св. Григория Нисского о преимуществе природы людской (1865), Св. Ап.

Варнава (1863), О книгах Сивилл (1862), Св. Иустин (1866). Раздельно вышли Блаж.

Августин (1870) и весьма полезная по собственному плану книга Философия св. отцов и преподавателей Церкви (1868). Это первая в русской научной литературе книга по этому вопросу, как бы намечающая одну из главных линий в патрологической проблематике. В 1871 г. Скворцов защищал диссертацию на степень врача богословия называющиеся Изучение об авторе произведений, известном под именем св. Дионисия Ареопагита.

Произведение это примечательно по двум обстоятельствам: 1. это первая диссертация в Киевской Академии по новому уставу 1869 г. (т.е. с публичной защитой); 2. создатель имел смелость первым в русской науке сказать о не аутентичности Ареопагитиков. Это был ход громадного научного дерзновения и историко-критической беспристрастности. Вывод Скворцова встретило ожесточённую, и, нужно сообщить, очень не сильный критику еп.

Чигиринского Порфирия (Успенского), бывшего не в ладах с киевскими докторами наук и ими очень недолюбливаемого. Спор данный, особливо по окончании ревизорского отчета еп. Порфирия Синоду, совсем сломал взаимоотношения ученых киевских богословов и не меньше ученого, храброго и весьма сведущего отечественного востоковеда, нелегкого, по своим личным качествам, в общении с людьми.
К. И. Скворцов писал, помимо этого, и по-германски, причем его рассуждения о не подлинности Ареопагитиков стали уже в 1875 г. известными западной науке.
Заслуга К. И. Скворцова в том, что он создал в Киевской Академии патриотическую традицию. Сын заслуженного и известного всему Киеву проф. прот. И. М. Скворцова, он смолоду был воспитан в отвлечённых традициях.

Школа была для него не второстепенной поделкой, а первым и главным делом в жизни. К собственному предмету он относился с громадной серьезностью, обожал его и сумел и других вынудить полюбить его.

Под его влиянием писались хорошие магистерские и кандидатские работы об отцах Церкви (упомянем лишь хотя бы одну: Догматическая совокупность Оригена доцента и священника Киевской Академии Григория Малеванского), он смотрел за европейской литературой собственного предмета, он интересовался и помогал делу издававшихся в Киевской Академии переводов западных отцов Церкви. Возможно лишь жалеть, что Скворцов не покинул по окончании себя курса собственной науки.
По окончании него продолжительное время Патристика была в руках проф. К. И. Попова, автора двух диссертаций: о Тертуллиане и капитальной о б лаж. Диадохе Фотикийском. При создании второй кафедры Патристики на нее был приглашен гениальный и весьма опытный С. Л. Епифанович, создатель магистерской работы о Максиме Исповеднике, к сожалению, рано скончавшийся и не покинувший по окончании себя второй работы.

Перед революцией на вторую кафедру был приглашен создатель Эсхатологии св. Григория Нисского М. Оксиюк.
В самой младшей из отечественных Духовных Академий, в Казанской, первыми учителями Патристики были: Д. И. Кастальский (1844-1848), иеромонах Серафим Протопопов (1849-1851), Μ. Μ. Зефиров (1851-1856), А. И. Беневоленский (1856-1857) и Я. В. Рудольфов (1857-1868). По краткости нахождения на собственной кафедре, они, очевидно, не могли покинуть по окончании себя ни капитальных изучений, ни систематических направлений.

Во время нового отвлечённого устава 1869 г. первым доктором наук- Патристики был Д. В. Гусев.
По окончании Д. В. Гусева, занимавшего кафедру с 1870 по 1894 гг., данный предмет перешел к Л. И. Писареву (1895-1917), которому был придан для второй кафедры П. И. Верещацкий.
Наровне с указанными монографиями, конспектами и курсами особой известностью пользуется и поныне, правда уже очень устаревший, но все же весьма для того времени основательный труд архиеп. Филарета
Гумилевского Историческое учение об отцах Церкви (второе издание 1882 г.). В сущности это единственный настоящий курс Патрологии на русском. Мы весьма богаты полезными научными монографиями о писателях Церкви и разных отцах, но капитальных трудов по Патристике, могущих хотя бы частично соответствовать западным трудам Барденхевера, Раушена, Тиксерона, Пюэша и других, у нас нет.
Но особой славой русской духовной школы нужно признать начатое по почину митр. Филарета Столичного дело перевода святоотеческих творений на русский язык. В Столичной Духовной Академии с 40-х годов прошлого столетия начал издаваться последовательность патриотических творений под неспециализированным заглавием Творения святых отцов. К ним потом стал в виде приложения выходить и издание с научными статьями по богословским вопросам, Приложения к творениям сев. отцов позднее в ректорство архим.

Антония (Храповицкого) переименованны

Светильник (ночник) из дерева своими руками


Интересные записи на сайте:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме: